Эксклюзивная Арктика Николая Гернета

Секреты арктической фотографии, сколько килограмм носит на себе фотограф в экспедиции, зачем ему ружьё и где искать вдохновение рассказал Николай Гернет, фотограф «правдивой красоты», специалист отдела экологического просвещения национального парка Русская Арктика, руководитель «Фотошколы Архангельска» − фанат Арктики.

titul_photo.jpg

− Николай, насколько я знаю, ты закончил СГМУ. Как так получилось, что фотография стала профессией?

− Да, я закончил там факультет социальной работы. На втором курсе пришёл в редакцию вузовской газеты «Медик Севера» и сказал, что мне не нравится, как выглядит издание, мол, там не хватает материалов о студенческой жизни, фотографий. Редактор газеты посмотрела на меня, мальчика-зайчика, и сказала: «Умный!? Садись и делай». Я ответил, что не умею, на что услышал: «Научим». Так я начал осваивать разные навыки: сначала вёрстку, потом учился писать. А фотографировать научил отец. С первого класса у меня был фотоаппарат «Смена», потом «Зенит». Фотографировал студенческие мероприятия.

Когда окончил университет, я стал редактором студенческой газеты и руководителем пресс-службы СГМУ.

Проработал пять или шесть лет и решил сменить место работы. Работал фотографом в мэрии Архангельска и свободным фотографом. Потом в Совете Федерации фотографом у Сергея Миронова, дальше перешёл в минздравсоцразвития. Вернулся в Архангельск и организовал проект «Фотошкола Архангельска».

− Как же ты «заболел» северной пейзажной фотографией?

− Все, кто приезжает Арктику, возвращаются в город и начинают дико скучать по той нетронутой природе.

Ни один парк с тропинками и музей под открытым небом не заменят человеку дикой природы.
middle1.jpg
Автор фото: Николай Гернет

Я часто провожу фототуров и у тех, кто никогда не ночевал в палатке, первые неудобства быстро сменяются восторгом. Эти впечатления ярче, чем полученные от любого современного блокбастера. Одно дело — выдумку смотреть, другое — правдивую красоту. Если я в городе просидел месяц, меня начинает колбасить. Я встаю и куда-нибудь еду. Тем более, что в Архангельской области не так сложно найти красоту природную.

Поэтому, когда создавался национальный парк «Русская Арктика» я понимал, что я должен работать именно там. И первое, что сделал, когда вернулся в Архангельск — пошёл в визит-центр и попросился на работу. Меня взяли в отдел экологического просвещения. Главная моя задача рассказывать всем и вся про национальный парк и Арктику. В полевой сезон я езжу в экспедиции как фотограф или с группами как инспектор, охраняю парк и смотрю за соблюдением природоохранного законодательства. Работа мечты!

middle-8.jpg
Автор фото: Николай Гернет

− Как долго длятся экспедиции?

− Первая поездка была месяц. В 2014 году я ездил как инспектор, мы смотрели за соблюдением законодательства во время чистки на острове Хейса, там пробыли два месяца.

− Там же так холодно, я бы не смогла и несколько дней продержаться!

− Это вопрос фанатизма. Всё-таки Арктика это для фанатов раз, и за редким исключением — не для девочек. Потому что они нежные существа и их жалко (улыбается).

BIG_photo1.jpgАвтор фото: Николай Гернет

− В Арктике очень сложно фотографировать — много льдин и снега, от которых свет отражается, большая влажность, низкие температуры... Как ты с этим справляешься?

− Все минусы каждого места стоит сразу переводить в разряд эксклюзива. Там большая влажность, по ощущениям — 150%. Рядом море, туманы и камера всё время запотевает. Пусть снимки будут с дымочкой, это передаст атмосферу. Когда я ездил с National Geographic смотрел одним глазом на профессионалов и думал, а как они с этим борются. Они и не борются, просто используют погодные условия. Холодно? Нужен дополнительный хороший зарядный блок. Сам мёрзнешь? Терпи. А куда денешься? Всегда когда холодно, вспоминаешь, что придёшь в тёплое помещение, высушишь одежду, у тебя будет горячая еда.

Ну ладно, сейчас ты замёрз, уши отмерзают, пальцы на ногах не чувствуешь, и думаешь, а как сто лет назад Нансен жил?

Грубо говоря, они взяли моржовые шкуры, накинули на бревно и провели там полярную ночь. Думаешь об этом и понимаешь, что у тебя ещё всё хорошо. Путешествия на корабле мы в шутку называем пионерлагерем.

middle_APU.jpg

− Какое оборудование ты с собой носишь? Наверное, две камеры...

− Да, ты правильно начала, нужно всё задублировать. В среднем это 15 килограмм...Лучше не одна камера, а три. Если техника продублирована, то ты себя увереннее чувствуешь. Даже если что-то уронил, сломал, утопил, понимаешь, что есть ещё на что снимать. Особенно если уезжаешь на два месяца.

− Сейчас техника очень дорогая... Жалко топить-то.

− Когда меня в 2013 или в 2014 году отправляла жена, она сказала «Коля, если не дай бог, лодка перевернётся, технику не спасай, пусть тонет. Сам возвращайся!».

− На «плавучем университете» ты был на борту со студентами? Понравилось?

− Я ещё не настолько старый, чтобы отделять себя от студентов. К тому же в рамках фотошколы постоянно общаюсь с молодёжью, поэтому могу найти общий язык. Да и половину участников знал. Коллектив АПУ уже сложившийся, из настоящих фанатов, поэтому есть общие темы. Народ, который ездит в такие экспедиции, изначально расположен на общение. Многие хотели делать хорошие снимки, и я помогал. Трудно ехать в Арктику и не взять с собой фотоаппарат, не захотеть фотографировать. Даже люди, которые ехали не в первый раз, бежали и фотографировали. А тем, для кого это первая экспедиция, я завидовал, самому хотелось, как говорится, развидеть и забыть, чтобы снова ощутить то впечатление, которое произвела на меня Арктика. Иногда даже подсматриваю за новичками, чтобы «своровать» у них свежую идею.

middle-7.jpg
Автор фото: Николай Гернет

− А ты помнишь, сколько гигабайт фотографий привёз из первой поездки?

− Очень много! В Арктике вообще фотографируешь по максимуму, понимая, что ты там можешь снова не оказаться. Поэтому 50 картинок каждого цветочка, каждая льдинка — 100 картинок, а уж если встретил медведя, то и все 500. Хорошая погода — фотографируешь, плохая — тем более, потому что это эксклюзив. Попробуй-ка снять красиво плохую погоду!

— Если ты смотрел фильм «Невероятная жизнь Уолтера Митти», то там фотограф в горах долго выжидал удачный кадр со снежным барсом, но в самый решающий момент он не стал нажимать на кнопку спуска затвора. У тебя бывает такое, когда ты откладываешь камеру и просто наслаждаешься миром и жизнью вокруг?

− Это видимо фотограф, постигший дзен. Всё-таки фотографировать стоит. У меня уже пропало чувство сожаления, когда я увидел что-то интересное, но не успел сфотографировать. Тогда я радуюсь, что хотя бы просто увидел!

− Когда приезжал Андрей Бронников (прим. ред. известный российский пейзажный фотограф), я спросила его, почему он фотографирует на крупный формат. Он сказал, что не имеет смысла фотографировать пейзаж на цифровую камеру и на узкую плёнку. Ты же фотографируешь на «цифру». Почему?

− Денег нет. Это очень затратно, и в условиях Архангельска проблематично проявлять и печатать крупный формат. Цифровой средний формат — просто мечта, но с условием поднятия цен, эта камера стоит не миллион, а два миллиона. И такая камера очень хрупкая. В Арктике стоит вопрос выживаемости техники, когда надо загрузиться в лодку, потом выгрузиться и при этом всё трясёт, потом походить по грязи в непогоду. Свою камеру я бил об камни и в воду окунал. А когда у тебя на плече ружьё, на втором — штатив, на шее — фотоаппарат, а за спиной рюзкак, то каждый грамм становится очень важным.

BIG_photo-2.jpgАвтор фото: Николай Гернет

− Ружьё?

− Да, для безопасности по Арктике надо обязательно с ружьём ходить. Самая большая проблема — медведи.

− Что больше всего вызывает восторг в Арктике?

− Белые медведи, конечно, главная фишечка. В том году, когда я жил два месяца на острове Хейса я поставил перед собой задачу предать движение. В Арктике всё двигается, а фотографии статичны. Я занялся тогда созданием таймлапсов. Дикий восторг у меня вызывают арктические облака. То как охлаждается воздух и по леднику скатывается туман.

Линзовидные облачка друг над другом образовываются, клубятся, то уменьшаются, то увеличиваются. Движение айсбергов абсолютно гипнотизирующее, они идут туда же, куда и ветер.

Ты можешь наблюдать один и тот же айсберг несколько раз кружащимся по заливу, меняющим форму, подтаивающим. Арктика — кухня погоды, здесь образуются фронта. Смотришь — чистое небо. Опа! Точка белая. Опа! Она уже не белая и клубится, и куда-то полетела. У кого-то, значит, будет ураганчик, дождик или снег.

middle-6.jpg
Автор фото: Николай Гернет

За этим можно наблюдать часами, надо только найти хорошую точку, одеться потеплее и залипаешь. На Земле Франца Иосифа большинство островов вулканического происхождения, формы красивые, сидишь и смотришь как мимо летят облака. С помощью таймлапса можно передать всё это так же как ты видишь, это интереснее чем отдельный снимок.

− Ты в детстве мечтал поехать в Арктику?

− В нашем детстве, а мне 36, в 80-х годах тема Арктических путешествий, шхуна «Запад» целая стояла, Северный морской музей был другим, нам рассказывали про тех капитанов, которые у музея стоят и многие люди были ещё живы. Тогда все хотели стать капитанами, моряками. Спасибо отцу, у меня дома была большая библиотека по северу, которой я зачитывался, я вырос на этих книгах, и это повлияло на меня.

− Не разочаровался?

− Наоборот! Когда книг зачитаешься, ты потом будто там и был.

− В Арктике живут героические люди. Ты в этом убедился?

− Я уже сказал про оленеводов, что у них каждый день — борьба с природой, маленький подвиг. В тундре ещё ягоды растут, хоть и вечная мерзлота, но олени бегают. В самой Арктике людям с советского времени старались создать условия, домики построить.

Никакие бытовые супер условия, даже джакузи, не спасут от депрессии, когда за окном несколько дней завывает буря и нос из дома не высунуть, а ты, например, метеоролог и тебе надо идти снимать показания.
middle-9.jpg
Автор фото: Николай Гернет

Летом светло, а осенью-зимой темно и за дверью может подстерегать медведь. Люди, которые там находятся и не сбегают, вызывают максимум уважения. У метеоролога вахта год. Они по желанию едут и не хотят уезжать, не смотря на то, что зарплаты там уже не сказочные. Примеряю на себя, смог бы и хотел бы я там провести зиму. Нет!

— Ты отправляешь фотографии на крупные конкурсы. Будешь ли отправлять с АПУ?

— Нет. Это слишком узкий проект, здесь нет творчества, просто репортажка. Я сделал хорошие снимки для моего архива, которые разнообразили кадры природы. Хотел пофотографировать людей за работой, а тут как раз студенты ковыряются в земле, Виталик с сачком за бабочками бегает, ботаники на коленях как будто молятся арктической природе — перечисляют все названия цветочков.

— Как считаешь, у пейзажной фотографии в России есть рынок?

— Я сам выпускаю наборы открыток, календари. Снимки пользуются спросом для альбомов про Архангельскую область и их любят во многих фотобанках, потому что это эксклюзив. Далеко не каждый может поехать фотографировать Арктику. И кому как с погодой везёт. С учетом возможного потепления каждый айсберг идёт на пересчёт.

— Кстати, все говорят о глобальном потеплении. Оно в Арктике ощущается?

— С моей первой экспедиции стало холоднее. В 2013 году мы путешествовали по архипелагу, без проблем, льда и заторов достигли всех точек. А в этом году не смогли посетить ни на Хейса, ни на Чампа, потому что там были очень сильные льды. Невозможно было высадиться без самолёта. Хотя все говорят, что уменьшаются ледники и климат становится теплее.

BIG_photo-3.jpgАвтор фото: Николай Гернет

− Чему сложнее всего научится в фотографии?

− Не лениться. И продумывать съёмку изначально. Бывает плохая погода и думаешь, а зачем я буду гробить фотоаппарат? Надо себя пересилить, достать фотоаппарат и идти. Иногда нужно вставать ночью. Например, если я хочу снять закат, рассвет и между ними звёзды, значит надо дождаться десяти, потом проснуться в 4, а потом в принципе проснуться. Должна быть мотивация. Приходится терпеть, потому что ты стоишь, мёрзнешь, видишь на небе просвет и понимаешь, что будет красивый свет и надо ещё ждать 15-20 минут ради кадра.

middle-5.jpg
Автор фото: Николай Гернет

− Николай, где ищешь вдохновение?

− Внутри себя и в самой природе. Когда куда-то приезжаю, будь то Арктика, Кенозерский парк, Соловки, я действительно люблю это место и оно само как-то получается. В фотографии, в живописи и ещё в кинематографе. Фотограф не может не смотреть работы других фотографов. У тебя должно быть внутри какое-то жжение сделать круче, либо по-другому.

Наверх